«Сатурн» и его «кольца»

А ведь и правда похоже: гигантская планета с огромной силой притяжения, и вокруг нее – кольца из мини-спутников разных размеров, и – кластер из компаний различного профиля, центр притяжения для которых – НПО «Сатурн». Загадочный Сатурн и его кольца на протяжении веков приковывали внимание ученых, исследователей космоса. Опять же, территориальный инновационный кластер в его российской версии пока что весьма слабо изученный объект. Между тем знания о том, как он создавался, как функционирует, какие задачи решает, имеют огромное практическое значение для регионов и высокотехнологичных компаний, осваивающих эту же стезю либо еще только планирующих ступить на путь создания кластера.
 
1+1+1=111
 
Знаниями и опытом с нами делились директор по инновационному развитию НПО «Сатурн» Дмитрий Иванов и заместитель управляющего директора НПО по программам промышленных и морских ГТД Павел ФетисовКак известно, это формула синергии. Этот термин то и дело звучал в нашей беседе с топ-менеджерами «Сатурна». Оно и понятно: ведь преимущество кластера именно в том, что он в идеале должен обеспечивать синергетический эффект, когда в результате соединения нескольких элементов или бизнесов продуктивность полученной комбинации выше, чем сумма ее отдельных элементов или бизнесов. Весь фокус в том, каким образом в рамках кластера надо комбинировать эти элементы-производства, чтобы получить нужный эффект.
Дмитрий Иванов: – Кластер стал логическим продолжением производственных преобразований на НПО «Сатурн», начатых еще прежним его руководителем Юрием Васильевичем Ласточкиным. Именно тогда был инициирован процесс разделения бизнесов с выделения от «Сатурна» дочерней компании – «Сатурн – Газовые турбины».
Павел Фетисов: – Это был целенаправленный шаг, предпринятый для обеспечения специализации компаний: есть завод, выпускающий газотурбинные двигатели (ГТД), и есть фирма, занимающаяся пэкиджированием оборудования и для газоперекачки, и для энергетики, то есть под любые машины. Естественно, эти компании работают в связке.
Д.И.: – Давайте рассмотрим, как получается синергетический эффект. Возьмем технологическую цепочку по производству любого продукта. Так вот, когда обособляется одно из ее звеньев, оно обрастает партнерами, поставщиками, не связанными с материнской компанией и даже находящимися в других регионах, и у него за счет «эффекта масштаба» будет появляться дополнительная прибыль. Так получилось с компанией «Сатурн – Газовые турбины», когда она стала работать не только с НПО «Сатурн». «Сатурн», в свою очередь, продолжил разукрупнение. Логика проста: чем меньше бизнес, тем проще им управлять, тем он более гибкий, мобильный, тем больше разнообразных задач ему можно ставить.
ЗАО «НИР» – участник кластера, производственный корпусПо этим же соображениям бывшее инструментальное производство НПО было выделено в самостоятельную компанию ЗАО «Сатурн – Инструментальный завод» («СатИЗ»). Возглавил его бывший руководитель инструментального производства. И вскоре произошла удивительная перемена: еще недавно этот управленец настойчиво требовал закупить в инструментальные цеха большое количество оборудования, став же директором самостоятельной компании и получив в свое распоряжение экономику нового завода, он вскоре заявил: мол, эти станки заводу не нужны, без них справимся, и излишки площадей заберите! То есть человек начал мыслить экономическими критериями при решении тех же самых хозяйственных задач, он увидел, что у него оборудование не загружено. Оно и прежде простаивало, но тогда у руководства инструментального производства не было стимула что-то менять, теперь же появилась эта потребность – загружать его либо избавляться от излишков техники. И загрузка имеющейся техники была обеспечена – завод набрал дополнительные заказы, у него появились партнеры в других регионах и даже за границей.
П.Ф.: – До тех пор, пока инструментальное производство входило в состав НПО, все его весомые накладные расходы ложились на завод в целом. И при этом отследить на общезаводском уровне, на долю какого именно подразделения приходится наибольший объем накладных расходов, было очень тяжело. Поэтому прямой резон выделить в отдельные компании ремонтников, инструментальное производство. Тогда их доля накладных расходов и их уровень эффективности начинают проявляться. И можно ставить каждому заводскому подразделению конкретные задачи: поднять эффективность, снизить себестоимость, сократить издержки и т.д. И «СатИЗ» только выиграл, обретя самостоятельность. Если бы еще два года назад, когда инструментальное производство было в составе «Сатурна», мы попытались заключить договор на производство инструмента, к примеру, для Пермского моторного завода, цены на эти поставки были бы принципиально иными – отягощенными огромными накладными расходами. А теперь у «СатИЗа» отлажено взаимовыгодное партнерство с пермяками. Предприятие оснащено современным станочным оборудованием. Имеется парк программных станков фирм «Митсубиси», «Хермле», «Микрон», которые позволяют производить и обрабатывать детали самой большой сложности. Технология изготовления оснастки отвечает уровню европейских продуктов. На «СатИЗе» уже накоплен большой опыт по эксплуатации монолитного мелкодисперсного инструмента для обработки как титановых, так и жаропрочных материалов. Имеется также опыт сотрудничества с французской компанией «Снекма» по производству изделий, соответствующих международным стандартам, приобретенный во время создания двигателя SaM146 для самолета «Сухой Суперджет-100».
Д.И.: – Таким же образом появилось и самостоятельное предприятие ЗАО «Ремонт, модернизация, обслуживание» («РеМО»). Оно должно заниматься ремонтом оборудования. В соучредителях у него компания, которая производит оборудование, поставляет его в Россию, имеет и чешских партнеров. Для «РеМО» это выход на новые рынки, а мы теперь получаем обслуживание оборудования принципиально иного качества. Самостоятельность дает свои плоды – у компании уже появляются компетенции производителя оборудования, понимающего, как его нужно ремонтировать. То есть это приход в кластер не только денег, но и новых компетенций. «РеМО» также начинает сотрудничать с «СатИЗом». И теперь любая компания, которая заходит в кластер, оценивает выгоду от того, что ей не понадобится содержать собственную ремонтную службу, подразделение, которое будет производить инструмент, а будет возможность работать исключительно по своему профилю.
Действительно, для тех, кто вливается в кластер, выгода очевидна. Но как измерить выгоду, вносимую каждым членом кластера для общего дела? И всегда ли участник кластера – самый выгодный партнер для остальных его членов? Мы попросили наших собеседников прокомментировать это на конкретном примере:
– Если, к примеру, участник кластера вам предложит штамп за четыре миллиона рублей, а сторонняя фирма – такое же изделие, но за три миллиона, вы у кого его купите?
П. Ф.: – Конечно за три миллиона! А для участника кластера это повод к анализу ситуации: почему у него то же изделие стоит дороже.
Д. И.: – Да, ведь материалы у обоих изготовителей одинаковые. Но в действительности такие ситуации для нас нехарактерны, у нас на самом деле другая проблема – в отсутствии конкуренции среди участников кластера. Здесь уровень требований настолько высокий, что их мало кто может удовлетворить. И здесь мы отходим от классических стандартов кластера. И задача программы развития кластера – создать условия для прихода других производителей, но это процесс, имеющий цепной характер.
– Судя по всему, ваш кластер строится в основном на принципах аутсорсинга. Эта идея закладывалась изначально?
Д. И.: – Эта идея – из тех, что витают в воздухе. Вообще, подобных конструктивных идей огромное количество, проблема в нехватке людей, способных их реализовать. Тут должно сойтись много факторов: воля первого лица, экономическая ситуация, процессы, ведущиеся в отрасли. Мы увидели открывающиеся возможности и воспользовались ими. Этот процесс держится на конкретных людях, которые делают конкретную работу каждый день – вот что важно. И если таких людей нет – любые схемы рассыпаются, как карточные домики
Что касается аутсорсинга, мы вот проводили сравнительный анализ. Нашим французским партнером, компанией «Снекма», выпускается до 36 тысяч различных деталей номенклатуры. На «Сатурне», как мы уточнили, те же 36 тысяч. Численность персонала у обеих компаний тоже примерно одинаковая. А выручка у французов в 8 раз выше. Почему? Потому что они из этих 36 тысяч изделий только примерно треть изготавливают сами – это детали, требующие максимальных компетенций, применения ключевых ноу хау; а два трети ассортимента делают аутсорсеры.
Вот вам одно из объяснений, почему в российских компаниях производительность труда многократно ниже, чем в западных. И если у нас все успешно получится с кластером, мы решим проблему производительности труда и получим новую действующую модель реализации промышленной стратегии. Да, есть процессы ключевые, которые ни в коем случае нельзя отдавать на аутсорсинг, поскольку они определяют его привлекательность для заказчика, есть процессы, которые неразвиты и требуют привлечения инвестиций. А у нас есть ограничения по привлечению инвестиций с точки зрения риска. Есть и некритичные вещи, которые требуют развития, но мы не можем себе этого позволить. То есть надо соблюдать определенный баланс, и вкладываться только в то, что является определяющим. У нас в любом случае все эти процессы остаются, но при росте объемов мы выигрываем благодаря аутсорсингу. В свою очередь, стараемся поддержать аутсорсеров стартовым заказом, выделить им пятно застройки. И кстати, мы в определенный момент поняли, что искать аутсорсера в России – бесполезное занятие. Очень многое упирается в объемы производства. И потому усвоили правило: хочешь иметь надежного аутсорсера – помоги ему появиться. Обеспечь условия, чтобы аутсорсер сюда пришел или сам открыл в кластере свой бизнес. Мы идем обоими этими путями.
 
ЕСТЬ ЦЕНТР, ЕСТЬ И КОМПЕТЕНЦИИ
 
Сейчас много говорится о необходимости компетентностного подхода и к подготовке специалистов, и к профилированию бизнесов. Суть в том, что и специалист, и производство должны обладать не только определенным набором знаний и навыков и, применительно к производствам технологического оборудования, предполагающим конкретную специализацию, но и способностью применять и развивать их в конкретных условиях. Но если в большинстве отечественных компаний об этом до сих пор в основном говорится, то в кластере во главе с «Сатурном» этот принцип уже работает и дает результаты. В прошлом году «СатИЗ» был определен центром компетенции в сфере технологической подготовки производства не только в НПО, но и на всех предприятиях Объединенной двигателестроительной корпорации. Это, по замыслу, должно способствовать выходу на качественно новый уровень организации производства в одной из самых высокотехнологичных и инновационных отраслей. Причем этот центр отнюдь не единственное структурное ноу хау кластера.
Д. И.: – «СатИЗ» получил статус центра производственных компетенций для всего ОДК по технологической подготовке производства, то есть для всей корпорации. В чем его назначение? Если в двух словах, то он призван решать задачи по импортозамещению, находить наиболее оптимальные решения при создании инструментальных производств на предприятиях двигателестроения, снижать расходы и трудоемкость в ходе их технологического обновления. Все это снижает себестоимость конечной продукции, повышая ее конкурентоспособность. А выглядит это примерно следующим образом: центр критически оценивает применяемые в корпорации технологии с позиций степени их значимости для производства и, как следствие, степени необходимости оставления в корпорации или целесообразности передачи их в аутсорсинг специализированному производству, которое сможет делать его качественнее и дешевле. Ведь что такое в этом смысле инновация? Это возможность получать продукт с новыми качествами по более низкой цене. А поскольку он отличается в выгодную сторону на общем фоне рыночного предложения, а рынок у нас безграничный, у нас благодаря этому продукту резко растут объемы продаж и, соответственно, прибыль. И вырученные ресурсы мы направим на развитие тех самых критичных для нас технологий, совершенствование которых повышает нашу конкурентоспособность. Корпус ЗАО «СатИЗ» – участника кластера
Центр компетенций – не единственная оригинальная идея подобного рода, воплощенная в кластере. В его структуре создана компания ЗАО «НИР» – «Новые инструментальные решения». Те наработки, в том числе в области идеологии бизнеса, понимания его развития, которые за многие годы пополняли интеллектуальный багаж «Сатурна», плюс поддержка государства в лице Роснано – вот предпосылки ее появления. У компании есть якорный – ключевой – заказчик, это основа кластера – «Сатурн», который обеспечивает определенный гарантированный объем сбыта продукции, благодаря чему предприятию легче выходить на рынок, для него ниже становятся торговые барьеры.
В чем еще преимущество территориального кластера? В том, что на этой территории есть определенные компетенции, есть люди, которые понимают, могут и умеют. И тут мы подходим к еще одному важному элементу кластера. Это Рыбинский государственный авиационный технический университет имени П.А. Соловьева (РГАТУ). Он является базой знаний для кластера, причем не только благодаря собственному научному потенциалу. Откуда, например, на «Сатурне» появились специалисты, способные работать с наноматерилами? Когда создавался «НИР», РГАТУ, наряду с институтом имени Курчатова, был привлечен в качестве одного из соисполнителей при разработке соответствующих установок. Так РГАТУ стал носителем определенных знаний по работе с наноструктурами. А сейчас для одного из наших новых перспективных продуктов – энергоустановки ГТЭ-110 – делается определенная работа по увеличению ее надежности и в ее рамках реализуется программа по созданию наноструктурированных термобарьерных покрытий лопаток. У нас есть опытное производство, где заняты специалисты, некогда окончившие РГАТУ, в их числе кандидаты наук, и работают они над этой программой совместно с вузом. Но для того, чтобы вышла уже не опытная, а серийная продукция, нужно, чтобы появилось не опытное, а серийное оборудование, нужен подготовленный персонал, конструкторы, технологи, которые умеют эти процессы вести. Значит, требуется образовательная программа. Для ее реализации был привлечен еще один партнер – МГТУ им. Баумана. Они совместно с РГАТУ выиграли конкурс Роснано на создание образовательной программы «Термобарьерные наноструктурированные покрытия лопаток ГТД». Для РГАТУ участие в этой общей работе означает расширение базы знаний, появление новых компетенций, а стало быть, выход на новый уровень развития. А ведь в кластер вошли также МАИ, Пермский университет, порядка 10 научных учреждений, в том числе ВИАМ, ЦИАМ, Санкт-петербургский «Прометей». Все они видят, что здесь создается площадка, где будут условия для того, чтобы знания, которые есть у них, переходили в бизнес. И поэтому сюда приходят специалисты высочайшего класса, обладающие современными компетенциями. Это поднимает уровень знаний РГАТУ, это выгодно и городу, и региону в целом.
Когда создавался НИР, на базе РГАТУ появилось несколько малых инновационных компаний, таким образом, эти новые компетенции перерастают в бизнес. Поскольку у нас еще слабо подготовлена инновационная среда, получились так называемые салфеточные стартапы. Чтобы им по-настоящему развернуться в полноценный бизнес, необходима соответствующая инфраструктура. В этом смысле мы рассматриваем кластер как территориальное образование, в котором концентрируются компетенции: образовательные, научные, производственно-технологические. И где региональными и местными властями созданы определенные экономические и социальные преференции для того, чтобы бизнес хорошо развивался. Есть материнская компания, которая обеспечивает развитие кластера, – НПО «Сатурн». Есть три продуктовых направления – оборонная сфера, гражданская авиация и энергетические установки. Уже начато строительство завода газотурбинного оборудования, совместного проекта «Ростехно-логий» и General Electric в «Восточной промышленной зоне Копаево». А это ведь мировой лидер, который тоже привнесет сюда новые компетенции, будет обучать местных работников. И когда здесь появится инфраструктура, появятся новые компании-аутсорсеры – мы уже определили перечень деталей, который будем им отдавать. И эти же компании-аутсорсеры будут нужны и «Дженерал Электрик». То есть опять создаются условия для появления синергии.
П.Ф.: – У нас интерес к кластеру вызван и тем, что нынешний уровень экономики не позволяет жить натуральным хозяйством. Экономически невозможно все содержать, недопустимо распыляться на многие направления, требующие узкой специализации и собственной базы. Тот же пример: турбинные лопатки, нанопокрытия для них. Если бы мы сами взялись за их разработку, предприятию пришлось бы создавать под это собственную лабораторию, целое подразделение с большим штатом и, соответственно, затратами. А кластер здесь – выход.
Д.И.: – Немаловажно то, что инновация возникает на стыке компетенций. Возьмите, к примеру, айпад. Многие ноу-хау, что в нем объединены, давно существовали порознь, но в айпаде все это не только соединили, но и смогли создать новую продуктовую нишу и вовремя предложили этот продукт на рынок. И так возьмите любую инновационную вещь и увидите, что они созданы на пересечении различных компетенций.
И мы к этому идем, и начало этому положено – в структуре кластера создан Центр трансфера технологий. Центр оснащается разнообразным оборудованием – опытным, лабораторным, производственным. Идея заключается в том, чтобы компании, которые будут туда заходить, платили только за то, что они в нем используют. То есть нужен ей, к примеру, час работы на микроскопе – он должен заплатить за это по рыночной цене, – но только за это. Таким образом, они значительно экономят средства. К тому же оборудование этого центра можно задействовать и в технологических цепочках.
 
И В МОРЕ, И НА ЗЕМЛЕ
 
Когда наша беседа коснулась темы активно развиваемого в последние годы «Сатурном» энергомашиностроения, наши собеседники привели для иллюстрации следующий пример. На Рыбинской ГЭС задействованы шесть агрегатов общей мощностью 320-340 МВт. И в результате строительства этой станции в середине прошлого века тогда на дне вновь созданного Рыбинского водохранилища оказалось множество населенных пунктов Ярославской и Тверской областей. Те же самые 325 МВт сегодня вырабатываются на блоках Ивановских ПГУ, где стоят по две газотурбинные установки от «Сатурна» – ГТД-110 в связке с парогазовой установкой.
П.Ф.: – «Сатурн» изначально специализировался на разработке, производстве и послепродажном обслуживании газотурбинных двигателей (ГТД) для военной и гражданской авиации. В последние 10-15 лет мы стали развивать третье направление – выпуск ГТД для наземного применения. Сюда же входит и морская тематика, то есть установки для военных кораблей и гражданских судов. Морскую тематику мы объединили с «наземкой» поскольку у наземных энергетических агрегатов и предназначенных для судостроения общая элементная база.
Учебный корпус РГАТУ им. Соловьева, участник кластераНачали с капремонта и переоборудования исчерпавших свой летный ресурс ГТД и изготовления на их базе оборудования для энергетики. Далее были разработаны ГТД и для газоперекачки. Идея проста: к ГТД присоединяется генератор и получается мини-электростанция на жидком или газовом топливе. Или же ГТД агрегатируется с нагнетателем и получается устройство для газоперекачки. Это общеизвестная технология, ее используют и в Перми («Авиадвигатель», «ПМЗ»), и в Самаре. Мы же решили идти дальше – предложить потребителю новый специализированный продукт. Тем более что у нас есть площадка, есть производственные процессы, которые полностью закрывают цикл, необходимый для создания ГТД.
В свете начатых на «Сатурне» преобразований в плане модернизации производства своей первой задачей мы определили повышение эффективности, наращивание реализации и, соответственно, прибыли. Исходя из этих целей, мы сделали следующие шаги: вместо единой коммерческой службы выделили три продуктовых направления – гражданская авиация, все, что связано с гособоронзаказом, и третье – наземная и морская тематика. Идея состояла в том, чтобы разделить производство деталей и производство изделия. Теперь предприятие «Сатурн – Газовые турбины» выступает как пэкиджер и делает конечный продукт для заказчика. Двигатель он получает от «Сатурна», генераторы, автоматику, кабели – от других разных поставщиков. Похожую схему мы сейчас будем реализовывать и применительно к нашему новому продукту – ГТД-110. Ведь в этом агрегате есть и детали, которые производятся у нас, и комплектующие от разных поставщиков, в том числе аутсорсеров.
Д.И.: – О ГТД-110 стоит сказать особо. Эта машина средней мощности (110 МВт), в России больше никто такие не производит. Ее потребитель – энергетики. Это одна из последних разработок ГП «Зоря» – «Машпроект» – украинской компании, специализирующейся на создании двигателей для морских кораблей. Было организовано совместное участие целого ряда крупных компаний в освоении ее производства, здесь задействованы «Сатурн», «Зоря» – «Машпроект», «Интер РАО ЕЭС» и другие компании. Эта машина оказалась для нас весьма тяжелой. У нее нестандартная для нашего производства размерность. К тому же ее освоение в производстве никем не финансировалось, мы это делали на собственные средства. К настоящему моменту изготовлено всего семь таких машин, то есть мы еще не вышли на объемы крупной серии. Понятно, что на этом этапе возникает большое количество эксплуатационных вопросов. При этом продукт сам по себе – уникальный.
П.Ф.: – Если сравнивать с западными компаниями – тем же «Сименсом» или «Дженерал Электрик» – то там, когда выпускается подобного рода техника, только первые 1—12 машин делаются как опытная партия и на них проводится весь комплекс испытаний. И только после этого там приступают к малосерийному выпуску. А у нас не было не то что десяти – даже одной машины, на которой было бы можно все отработать. Первый ГТД-110 – самый сложный для нас – был собран по чертежам, а уже второй был опытно-поставочным. А дальнейшие – поставочные. Вторую поставили на испытательный стенд Ивановских ПГУ. Потом две машины стали на блок №1 Ивановских ПГУ. Пятая выпущенная нами машина ушла в Рязань на парогазовую установку «ОГК-2». В мае мы закончили работу над шестым и седьмым ГТД-110, они тоже были поставлены на Ивановские ПГУ, где был введен второй блок. То есть нам приходится одновременно и делать машину, и «доводить» ее, и проводить по ней какие-то усовершенствования. И при этом государство практически не выделяет средств на этот проект, нас в его реализации поддерживает «Интер РАО». И на защите кластера они нас активно поддержали.
А в общем-то, машина достаточно интересная и получилась она с очень хорошими характеристиками, высоким КПД. Это ГТД четвертого поколения.
Д.И.: – Что значит ГТД-110 для «Сатурна»? Значительный рост объемов производства. И чтобы этот объем осилить, опять-таки необходимо создать вокруг мощный пояс поддержки в виде кластера. Перспективы на наших пространствах у малой и средней энергетики огромные. Децентрализация, автономизация, сокращение потерь, упрощение управляемости при включенности в единую систему энергоснабжения – ее основные преимущества. Так что ГТД-110 имеет стратегическое значение.
П.Ф.: – Для доведения этой машины до безупречности нам нужно полтора года. В июне на Ивановских ПГУ был запущен блок №2, там две наши машины в эксплуатации. И сегодня нам уже понятно, что надо сделать для ее совершенствования. Пути решения понятны, надо завершить работу. Часть работ будет вестись в лаборатории Центра трансфера технологий. То есть будем доводить опытную технологию до серийного процесса.


Версия для печати
Авторы: Светлана БАКАРДЖИЕВА
Разместить ссылку на: 


Добавить комментарий

Автор: *
Тема: *
Код c
картинки: *

Коментарий: