Сложность момента и проектный подход

Россия может проскочить развилку, когда была возможна модернизация. По оценкам экспертов, за 2009 год падение ВВП в России составит около 9,5%. В Китае экономика выросла почти на 8%, в Индии немного поменьше, в Бразилии практически нет падения. И в «большой двадцатке» у нас худшие результаты.

Кризис – это не только Божий суд, но и момент истины. Но хотим ли мы ее знать? Анализ показывает, что Россия не только не выходит из кризиса, а продолжает катиться к коллапсу. Но ни федеральные, ни региональные власти, ни собственники предприятий не желают знать всю правду о ситуации в стране. И в этом главный риск на ближайшее время. Хотя чиновники всех уровней рапортуют о том, что экономика после кризиса идет на поправку, индустриальный сектор находится в столь плачевном состоянии, что вызывает опасение даже теоретическая возможность его реанимации.

Расходы федерального бюджета в 2009 году выросли на 28% по сравнению с 2008 годом. Бюджетные деньги стали доходить до реального сектора только к концу года. В ноябре промышленность у нас выросла, но всего на 1,5%. Но это смотря как считать. Даже такой мизерный рост вызван не оздоровлением российской экономики, а восстановлением внешнего спроса на наше сырье – на 50-60% растет производство железной руды, кокса.

Меры правительства для того, чтобы снять страну с «иглы» сырьевой экономики оказались или недостаточными, или просто «пиаром», за которым не стоит ничего созидательного. Структурных реформ так и не последовало. Единственным итогом стало снижение инфляции, и то это следствие не шагов правительства, а сокращения покупательского спроса населения. Зарплаты в стране как минимум были заморожены, а во многих компаниях под предлогом кризиса и снижены.

Провал нашей экономики имеет объективные причины. Всемирный банк провел в 2007 году исследование состояния конкурентоспособности в России и пришел к выводу, что 40% отечественной промышленности оказалось вне любых форм конкуренции. Почти вся экономическая жизнь в современной России сосредоточена в явных или скрытых монополиях. За время кризиса создавались все новые и новые вертикальные холдинги, в которых уровень коррупции и неэффективности зашкаливал за все разумные пределы.

Но главная причина таких тяжелых кризисных явлений связана с созданной в стране за последние годы политической системой, которая исключает почти любую самостоятельную деятельность населения и кадровые лифты для обновления властных элит. Сегодня надо констатировать, что «вертикальноинтегрированное» российское государство имеет систему законов и регламентов, которые делают почти невозможным создание любого нового, даже самого маленького промышленного предприятия, или фермерского хозяйства. По примеру федерального центра почти все регионы и муниципалитеты демонстрируют полную неспособность к организационной деятельности, что маскируется все нарастающим шквалом пустословия и демагогии. Это только усиливает тренды общественной апатии.

За последние годы из общественного сознания была окончательно вытравлена престижность предпринимательской деятельности. Сегодня молодежь мечтает быть чиновниками, а отнюдь не предпринимателями. Вследствие стремительного старения управленческого корпуса предприятий все заметнее стала техническая отсталость управленцев – их неумение организовать дело на современном уровне.

Другой важный фактор – неготовность федеральных и региональных властей к кризису. Или, по крайней мере, невладение очень многими государственными служащими антикризисным инструментарием. То бросались спасать рынок ценных бумаг, то спасали банковскую систему, но никаких мер по устранению бюрократических препон развития в реальном секторе так и не приняли. Сегодня в экономике зреет новый потенциал кризиса, нарастает вал плохих кредитов. К середине 2010 года накопится порядка 20% невозвратных долгов.

Сознание наших министров по-прежнему находится под влиянием иллюзий, полученных в высших партийных школах во времена СССР, замешанных на наивных монетаристских воззрениях, почерпнутых из «перестроечного» журнала «Огонек».

Во всем мире во время кризиса стимулировали спрос. В Евросоюзе спрос на автомобили в 2009 году вырос на 26%. Однако у нас стремились к социальной защищенности. На эти социальные деньги можно было хотя бы привести в порядок города и поселки. Но по давней российской привычке деньги на социальные работы просто раздавались.

Вроде нюанс небольшой, но западные правительства поддерживали модернизацию и консолидировали нации на преодоление кризиса, а наше поддерживало в основном неэффективные производства и стимулировало в обществе иждивенческие настроения. Правда, все это сдабривалось пустой риторикой про модернизацию.

Главная причина тяжелых последствий для России мирового экономического кризиса кроется, прежде всего, в неэффективности самого государства. Те методики и подходы, что применялись во времена Госплана, были отвергнуты, но ничего нового на вооружение в части методологии государственного управления принято не было. Кратное увеличение чиновничества, не мотивированного на конечный результат, только усугубляет ситуацию.

Вместо применяемого во времена индустриализации проектного подхода была принята методика распределения бюджета в согласии со сложной системой стихийно формируемых законодательных и подзаконных актов, смысла которых уже никто не понимает. В результате этого российское государство превратилось в большой собес, где поддерживаются самые неэффективные или самые близкие к власти, которые в своей массе тоже являются самыми неэффективными.

Пытаясь решить частную задачу – ограничение коррупции – была создана система госзакупок на основании тендеров и конкурсов. В результате, когда единственным показателем выбора поставщика является низкая цена, а не проектное решение, возникает совсем парадоксальная ситуация. Побеждает всегда тот, кто производит дешевую технику, которая в большинстве случаев является самой отсталой и некачественной. Этот подход только дискредитирует государство, заставляя искать обходные пути решения государственных задач. Все это усиливает деградацию промышленности и делает неэффективными усилия государства, направленные на модернизацию промышленного сегмента экономики. Весь год государство вкладывало большие средства в модернизацию, но делало это вопиюще расточительно. Используя современные проектные подходы к модернизации на основе инженерного консалтинга можно было делать это с большей отдачей и с реальными результатами. При этом государственных трат понадобилось бы значительно меньше.

Власти даже не попытались использовать кризис для осуществления институциональных преобразований и структурных сдвигов в экономике. Впоследствии это приведет к большему отставанию от других стран, что может поставить вопрос о судьбе российского этноса. Ядерное оружие, созданное предыдущим поколением россиян, в конце концов, не вечно. Его тоже необходимо воспроизводить.

Рычагом, потянув за который можно провести в России модернизацию, является качественное изменение методологии работы госаппарата – переход к проектному подходу, взамен функций перераспределения бюджета. При этом проектный подход не означает, что все должно сводиться к технократическому обоснованию. Проектный подход означает применение комплексных решений, включая решение проблем социального развития и обустройства территорий.

Понятно, что для такой проектной работы нужны другие специалисты, но иного способа улучшений и достижения успеха нет.

Версия для печати
Авторы: Геннадий КЛИМОВ, главный редактоp журнала «Умное производство»
Разместить ссылку на: 


Добавить комментарий

Автор: *
Тема: *
Код c
картинки: *

Коментарий: